Persona - News

Откровения солиста легендарной группы Bad Boys Blue Кевина Маккоя о пути к славе, о русской душе и музыке без границ

Группа Bad Boys Blue покорила мировые чарты в 80-х годах и до сих пор их хиты звучат на всех радиостанциях по миру.
Кевин Маккой — солист легендарный Bad Boys Blue, чьи хиты "You’re a Woman", "Come Back and Stay" и "Do What You Do" стали гимнами целой эпохи. В эксклюзивном интервью икона европейской сцены раскрывает секреты успеха, рассказывает о взлетах и падениях шоу-бизнеса и объясняет, почему именно Россия стала для него творческим оазисом. Как мировая звезда совмещает гастроли с семейной жизнью? Почему не жалеет о распаде легендарного состава? И что связывает его с Надеждой Кадышевой? Откровенный разговор с человеком, который продолжает писать музыкальную историю.
Вы часто говорите, что семья — ваш главный приоритет. Как вам удаётся сохранять баланс между гастролями и семейной жизнью?

Кевин Маккой:
Когда я работаю, я стараюсь сосредоточиться на всём, что мне нужно сделать по работе, чтобы, когда я возвращаюсь домой, я мог полностью посвятить время своей семье и делам, которые необходимы для поддержания нашего домашнего очага. Я отдаю всю свою любовь и внимание семье, нашему уютному гнёздышку. И это мой священный принцип.

Как ваши дети воспринимают вашу популярность? Они гордятся или, наоборот, хотят, чтобы вы были «обычным папой»?

Кевин Маккой:
Нет такого понятия, как «обычный папа». Они понимают, чем я занимаюсь. Знают, что моя работа — это наш хлеб, наша крыша над головой. И они принимают это с удивительной мудростью. И все поддерживают меня в том, что я делаю. Это просто нормальная вещь. Они даже не думают о популярности, знаменитости или о том, что с этим связано. Они просто видят во мне того папу, которого знают.
Вы говорили, что семья — ваша опора. Был ли момент, когда их поддержка буквально спасла вашу карьеру?

Кевин Маккой:
Просто знание того, что у меня есть семья, что они рядом со мной, мой нерушимый тыл, и я могу связаться и позвонить каждому из них, имело огромное значение тогда и до сих пор имеет огромное значение.

Кевин, если бы не музыка, чем бы вы занимались?

Кевин Маккой:
Во время пандемии я переосмыслил многие моменты и понял, чего стою, так что, наверное, работал бы на какой-нибудь обычной работе, в любой сфере, где смог бы приносить пользу. Я привык трудиться, и руки у меня золотые.
Вы жили и в Германии, и в США, часто бываете в Москве. Где чувствуете себя больше «дома»?

Кевин Маккой:
Сейчас в США и в Москве. Европа — не то место, где я хотел бы жить постоянно. Когда живёшь в Европе, много финансовых взлётов и падений.

*Как отличаются музыкальные индустрии в США, Европе и России? Где вам было комфортнее работать?

Кевин Маккой:
В России мне дышится легче. Мне комфортнее работать здесь, потому что люди знают меня, а я знаю, что им нравится. Америка — это лотерея: сегодня ты король, а завтра — просто ещё один парень с гитарой. Ты понимаешь, там все разные типы людей и разная энергетика. Людям что-то нравится в один момент, а в следующий уже не нравится, так что разница большая. Здесь меня знают, я чувствую, что нужно людям. Разница колоссальная.

Какой город стал для вас самым неожиданным открытием?

Кевин Маккой:
Санкт-Петербург! Это город-сказка, город-мечта. Он был самым уникальным местом, которое я нашёл для себя. Когда я впервые попал в Эрмитаж, увидел эти сокровища искусства, почувствовал, как горожане трепетно хранят его красоту... Это было потрясающе.
В каком месте мира вы чувствуете наибольшую творческую энергию?

Кевин Маккой:
Везде, куда бы я ни поехал, я чувствую творческий подъём. Творчество живёт во мне везде. Обычно у меня есть студия где-нибудь, где я могу остановиться и записать всю свою музыку, хоть в телефоне, хоть в облаках. Я делаю это по телефону и через интернет, когда могу. Музыка не ждёт удобного момента, она рвётся наружу здесь и сейчас.

Вы когда-нибудь думали о переезде в Россию, учитывая вашу популярность здесь?

Кевин Маккой:
Да, действительно, я думал о переезде в Россию, но сейчас, с текущей политической ситуацией, я жду, чтобы посмотреть, что произойдёт и как всё сложится. Если мне предложат остаться или дадут продлённую визу или что-то в этом роде, да, я соглашусь.
Как вы попали в группу Bad Boys Blue? Это была случайность или вы целенаправленно шли к этому? Ведь на момент, когда вы пришли в группу, она была на пике популярности во всём мире.

Кевин Маккой:
Я присоединился к Bad Boys Blue, потому что они работали над своим следующим альбомом, и им нужно было сменить тактику, искали свежую струю. Они решили добавить рэп в свои песни. А я как раз был тем самым профессионалом, который был рядом и мог это сделать.

И вот как-то вечером я был в клубе и встретил босса Bad Boys Blue — Эндрю Томаса, и он спросил: «Хочешь быть в группе?» На тот момент однозначного ответа у меня не было, но мы попробовали сделать пару концертов, и спустя 25, 40 лет я всё ещё связан с группой Bad Boys Blue, чему я очень рад.

Какая ваша любимая песня из репертуара Bad Boys Blue и почему?

Кевин Маккой:
Я обожаю песни «Do What You Do» и «Come Back and Stay». Эти песни были и на альбоме «Tonight». Это бриллианты в нашей короне, и они были самыми популярными. И когда их выпустили, лейбл решил продвигать именно эти две песни раньше остальных песен альбома. Я до сих пор горжусь, что смог этого добиться, и эти песни стали самыми настоящими хитами. Они взорвали мир!

Почему, на ваш взгляд, Bad Boys Blue стали особенно популярны в России?

Кевин Маккой:
Наша музыка объединяла людей даже через Берлинскую стену. Большинство наших фанатов были из Европы. До распада Берлинской стены обе части жителей Берлина тянуло к нашей музыке. А когда она рухнула, русские фанаты унесли наши песни с собой — как частичку свободы. Там было много русскоговорящих жителей, так что вполне естественно, что, вернувшись в свои страны, будущие страны, они взяли нашу музыку с собой и ту популярность, которая у нас уже была в Европе. Это стало важной причиной популярности группы. Так мы покорили Россию.

Какой концерт запомнился больше всего?

Кевин Маккой:
Ооо... Это был безумный концерт в Санкт-Петербурге. Я случайно вышел перед фейерверком и сжёг свои драгоценные брови и усы. Это было забавно. Зато теперь есть что вспомнить. Для меня это было большим уроком.

Как вы относитесь к тому, что ваши хиты 80–90-х до сих пор на танцполах и ваши выступления собирают стадионы?

Кевин Маккой:
Я обожаю это всей душой! Правда, обожаю всей душой! Но иногда я хочу, чтобы публика воспринимала новую музыку так же горячо. А то, что я собираю стадионы, это просто часть хорошей работы и профессиональной команды. Это магия, которую мы создаём вместе с публикой, и радость дать людям то, что они хотят. Этот час для них — возможность отвлечься от их обычной жизни, чтобы они могли повеселиться, наслаждаться хорошей и качественной музыкой. И это прекрасно!

После смерти основателя Bad Boys Blue Эндрю Томаса вы продолжили дело коллектива, но уже в формате соло. Давайте помечтаем: хотели бы вы вернуть время, когда были в коллективе, и снова выступить старым составом?

Кевин Маккой:
Определённо нет. Жизнь — это движение вперёд. В каждом деле и с каждым годом человек взрослеет и развивается. Я был сольным артистом до того, как присоединиться к Bad Boys Blue. Возвращение к сольному творчеству заняло много времени, много истории, много энергии, и теперь я снова просто делаю то, что планировал 20 и 30 лет назад. Это приятное чувство, которое вдохновляет ещё больше работать. Так что я бы и мечтать не стал о возвращении к тому, что меня построило и сделало тем, кто я есть.

Я благодарен прошлому, но сольное творчество — мой новый виток, и он вдохновляет меня ещё сильнее.

Если бы вы могли вернуться в прошлое и что-то изменить в истории группы, что бы это было?

Кевин Маккой:
Я не могу сказать наверняка, потому что всё складывается так, как складывается. Изменить что-то иногда может означать изменить будущее — так называемый эффект бабочки. Так что я бы ничего не стал менять. Я доволен совершенно всем и благодарен каждому дню, каждому знакомству, событию.
Вы во всех интервью говорите, что в вашей карьере огромную роль сыграло знакомство и работа с вашим продюсером Игорем Сенгером. Как вы познакомились с Игорем?

Кевин Маккой:
Я познакомился с Игорем, когда был в группе Bad Boys Blue. Мы сделали вместе пару концертов, и после того, как группа распалась, мы потеряли связь. Однажды в аэропорту Дюссельдорфа, готовясь вылететь на концерт, я снова увидел Игоря. Мы обменялись контактами и решили посмотреть, что мы можем совместно придумать, сможем ли мы работать вместе. Мы возродили связь, и с тех пор он — мой продюсер. Это была роковая и судьбоносная встреча, которая привела к новому росту популярности. Я очень благодарен Игорю Сенгеру за его чуткость и профессионализм в работе. Мы собрали с ним очень крутую команду.

Какие качества Игоря как продюсера вы цените больше всего?

Кевин Маккой:
Его неугасимую веру в то, что мы ещё способны удивлять мир. Я больше всего ценю ту идею, которую Игорь даёт команде, что мы можем быть ещё успешными в том, что пытаемся делать. Он напоминает: «Мы — никто, пока не доказали обратное». И это зажигает! Нам всё ещё нужно много работать, несмотря на мировую популярность, и мне это нравится. Но в то же время, по мере того как мы становимся старше, мы понимаем, что нас создал наш огромный труд и долгая кропотливая работа.

Так что у нас обоих есть качества, которые мы любим друг в друге, и мы всё ещё открываем их спустя 14 или 15 лет совместной работы. Для меня Игорь — это не только коллега, но уже член семьи, так же как и вся команда. Мы одна большая банда!

Как изменилось ваше творчество за эти годы?

Кевин Маккой:
Я нашёл баланс между легендарными хитами и новой музыкой. И знаете что? Публика принимает оба направления с восторгом! Я создал новую музыку. Я добавил новые песни в свой репертуар, чтобы выдвинуть их на передний план вместе с репертуаром Bad Boys Blue. И, кажется, это работает. Я стараюсь найти правильный баланс между популярными во всём мире треками и тем, что появляется сейчас. Я не хотел использовать оба стиля музыки на одной платформе, но когда ты выходишь на сцену и ты артист, ты делаешь то, что делаешь, а музыка и жизнь идут своим путём. Сейчас новые песни стали занимать свои хорошие позиции, и их уже знают и просят поклонники, но забывать про любимые песни миллионов людей нельзя, и мы радуем зрителей, исполняя их год за годом.

Ваша нынешняя команда полностью из России (музыканты, бэк-вокал, технические специалисты, пиарщики), почему так получилось?

Кевин Маккой:
На самом деле не совсем так. В Европе и Америке я иногда выступаю с местными музыкантами. Потому что сейчас очень сложно вести ребят из России. Но в целом я достаточно много времени провожу в России и в ближайших с Россией странах. Наша очень профессиональная команда подобралась с годами, с каждым человеком мы понимаем друг друга с полуслова. Тем более они мне подсказывают, что любят слушать люди в России, и это ценный опыт.

В 2024 году вы сняли несколько клипов в России. О чём они? Насколько я помню, одну из них даже написал муж Надежды Кадышевой Александр Костюк. Это не первый эксперимент работы с нашими авторами?

Кевин Маккой:
Это, наверное, первый, но не единственный мой опыт работы с другими артистами в России, но я решил работать с ними, потому что для меня они — сама суть русской музыки. Надежда Кадышева — основа народной музыки.

Они трогают сердца и умы и молодых людей, которые растут, и пожилых людей, и поэтому было вполне естественно уважать моих старших и тех, кто был до меня, прежде чем я рискнул заявить о себе. А сейчас благодаря социальным сетям Кадышева нашла отклик и в молодых сердцах, это новая эра музыки в стране, и мне это нравится.
Вы дружите со многими российскими исполнителями и у вас есть несколько дуэтов. Расскажите, пожалуйста, о них.

Кевин Маккой:
Большинство дуэтов — это дуэты, которые мы с Игорем решили сделать, потому что мы были коллегами по цеху с другими артистами и дружим с ними. Ты сталкиваешься с артистами, которые действительно хороши, и, возможно, они хотят спеть с тобой песню, а возможно, и не хотят, но идея в том, чтобы суметь объединиться или сойтись с другими артистами, чтобы посмотреть, какие пути мы можем избрать для достижения результата. У нас было несколько дуэтов с русскими исполнителями — это с Надеждой Кадышевой и со Стасом Костюшкиным. Это было очень интересным экспериментом, который, как мне кажется, очень удался! Это был потрясающий опыт! Надежда — воплощение русской души, а Стас — невероятный энерджайзер. Такие коллаборации обогащают.

Как вы относитесь к русской музыке? Слушаете что-то из современного?

Кевин Маккой:
Да, я слушаю всю русскую музыку, которую могу и когда выпадает шанс. Когда я в России, нет времени её слушать, а когда я дома и есть время на отдых, стараюсь слушать и узнавать новинки в интернете, через Яндекс, TikTok или ВКонтакте. Мне нравится то, что выпускают российские исполнители, это на пике моды и очень высокого качества. Музыка в вашей стране очень изменилась в хорошем смысле, даже могу сказать, что есть чем гордиться и чему поучиться. Российская сцена сейчас — это взрыв талантов и свежих идей.

Хотели бы вы попробовать себя в другом музыкальном жанре?

Кевин Маккой:
Я уже пробовал. Я сейчас работаю в стилях поп, рок, хип-хоп. Я всегда экспериментировал и перепробовал все жанры, какие только можно представить. Даже классическую музыку я пытался как-то продюсировать. Я считаю, что артист не должен загонять себя в рамки одного жанра музыки, потому что тогда ты представляешь только одно. Артист не должен загонять себя в рамки. Музыка без границ — вот мой девиз.
Главный редактор журнала Persona Style Тюзина Анастасия
Интервью со звёздами Истории успеха
Made on
Tilda